Не заохотили

20/05/2015

Законодательная база, регулирующая деятельность охотничьей отрасли, далека от совершенства. Важность ситуации понимают и народные депутаты. В июне, несмотря на сложную обстановку в стране, в первом чтении были приняты законопроекты №3672 от 21.11.13 г. “О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины (относительно охраны биоразнообразия)” и №4004 от 21.01.14 г.

“О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины (относительно охраны животного мира)”. Однако охотпользователи считают, что эти законы бесполезны и положение дел в отрасли не изменят.

Что предлагается

Больше всего вопросов и нареканий вызвал законопроект №4004. Он предлагает дополнить ст.39 Закона “О животном мире” нормами, благодаря которым в мае-июне в местах массового размножения животных органы самоуправления будут объявлять “сезон тишины”, ограничивать хозяйственную деятельность и добычу объектов животного мира.

“Этих норм в законодательстве не было. Есть сроки охоты, определены периоды запрета на охоту. Причем охотпользователи эти сроки не нарушают и не заинтересованы в этом”, — говорит Николай Шуляр, председатель президиума Всеукраинского совета “Украинское общество охотников и рыболовов” (г.Киев; с 1921 г.; более 280 тыс. членов).

Как рассказывает Алексей Исаев, биолог-охотовед, бывший директор госпредприятия “Охотничье хозяйство “Кагарлыкское” (г.Кагарлык, Киевская обл.; с 1959 г.), “сезон тишины” — рабочий процесс для любого охотхозяйства, которое старается не беспокоить диких животных в периоды и в местах их размножения, усиливать охрану этих мест и т.д.

По словам игроков рынка, введение “сезона тишины” может негативно сказаться на хоздеятельности предприятий лесного сектора и агропромышленного комплекса. Чиновники из Государственного агентства лесных ресурсов (Гослесагентство) также против его введения. “Введение “сезона тишины” никому не нужно”, — утверждает Иван Шеремет, заместитель начальника управления охотничьего хозяйства Гослес¬агентства.

p_34_1Прежде всего, по его словам, согласно действующему законодательству, какая-либо деятельность на территории воспроизводственных участков охотхозяйств и без этого нововведения согласуется между субъектами хоздеятельности.

Кроме того, г-н Шеремет считает, что лесохозяйственным предприятиям, предприятиям агропромышленного комплекса запретить хоздеятельность (вырубку леса, выкос травы и т.д.) на территории угодий будет весьма проблематично: “К примеру, у жителей села есть свои паи земли, на которых растет трава. Так вот, даже если сельский голова примет решение не косить, это не означает, что все воздержатся”.

Согласно действующему законодательству, у каждого охотпользователя должен быть воспроизводственный участок, а это 20% лучшей территории охотхозяйства, отгороженной знаками, где охота не проводится круглый год. Предлагаемая норма, по мнению г-на Шеремета, провоцирует конфликт между охотпользователями и предприятиями лесного хозяйства и агропромышленного комплекса, поскольку расширяет сферу влияния на ведение хоздеятельности последних.

Охотпользователи с помощью экологической службы могут приостановить хоздеятельность в “сезон тишины”. “С помощью этой нормы мы можем повлиять на хоздеятельность сельхозпредприятий и предприятий лесного хозяйства. В частности, плановые рубки должны быть согласованы с охотпользователями”, — говорит г-н Шуляр.

“Несмотря на то что законопроект №4004 предусматривает внесение изменений в шесть действующих законов, он не только не решает острых проблем охраны животного мира, борьбы с браконьерством, но и создает еще большую сумятицу и неразбериху в несовершенном нашем законодательстве”, — говорит г-н Исаев.

Законопроект №3672 “О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины (относительно охраны биоразнообразия)” вносит некоторые изменения в законы “О Красной книге Украины”, “О защите животных от жестокого обращения”, а также в основной нормативный документ охотничьей отрасли — Закон “Об охотничьем хозяйстве и охоте” и ряд других документов.

Законопроект регламентирует использование животных для опытов, соревнований, условия отстрела, использование средств охоты, сроки охоты, виды животных и птиц, на которых охота разрешена, проведение рубок и добычу песка и гравия в заповедниках и т.п. Изменения, безусловно, нужные, но большинство экспертов считают их частностями.

“Наивными и смешными выглядят предлагаемые изменения в Закон “Об охотничьем хозяйстве и охоте”. Этот акт требует серьезных кардинальных изменений. Нам же предлагают исключить сорок и соек из ст.33, а также внести другие незначительные коррективы”, — иронизирует г-н Исаев.

Чего ждут

p_35По словам представителей отрасли, самая большая ее проблема — отсутствие эффективного механизма построения взаимоотношений землевладельцев и пользователей охотничьих угодий. Как уже писал БИЗНЕС (см. статью “Охота. Пуща. Неволя”), проблема состоит в том, что в основном земля под охотничьими угодьями распаевана.

Организатор охотхозяйства должен согласовать право на пользование угодьями с собственниками и пользователями земельных участков. К слову, минимальная площадь охотугодий — 3 тыс.га. “Право пользования животным миром не дает права пользования землей. Согласно законодательству, мы должны попросить согласование на пользование землей у каждой бабушки, которая, условно говоря, имеет 10 соток”, — сетует г-н Шуляр.

“Люди меняют место жительства, продают землю, и найти нового хозяина достаточно проблематично. Плюс нормы Закона “О защите персональных данных”, из-за которых не так просто выяснить, кому принадлежит участок”, — добавляет г-н Шеремет.

Еще одной проблемой, требующей немедленного решения, представители отрасли считают истечение в 2015 г. срока моратория на взимание платы за аренду земли охотхозяйствами. “С 2015 г., заключая договор аренды с владельцем или пользователем земли, охотхозяйства должны будут платить арендную плату. Это просто нереальная законодательная норма”, — говорит охотпользователь, пожелавший остаться неназванным.

Фактически эта норма означает гибель охотничьей отрасли. “Сложно представить, что будет с охотхозяйствами. Как минимум, начнут отказываться от угодий”, — говорит г-н Шуляр.

В Гослесагентстве считают, что необходимо расширить права егерей. В европейских странах егерям в охотугодьях предоставляют права, как у милиции. “В развитых странах егеря могут арестовывать нарушителей. В ст.39 Закона “Об охотничьем хозяйстве и охоте” предусмотрено составление протокола егерями, но в Кодексе об административных правонарушениях такой нормы нет.

Нужно вносить изменения в последний документ”, — говорит г-н Шеремет. По его словам, необходимо также ужесточать наказания за браконьерство. “В Европе не знают, что такое браконьерство, потому что за него предусмотрены высокие штрафы и уголовная ответственность. К уголовной ответственности наше общество не готово, а вот увеличение размеров штрафов могло бы принести положительные результаты”, — поясняет чиновник.

По словам экспертов, официальная охота на кабана обойдется охотнику в 3-6 тыс.грн. (лицензия на отстрел, бензин и т.д.), штраф за кабана, добытого браконьерским способом, — 10 тыс.грн. При этом нет разницы, добыто маленькое или большое животное, самец или самка, которая приносила бы потомство минимум три-четыре года. Кроме того, судебные процессы настолько затягиваются, что охотпользователи теряют к ним интерес.

“Если бы штраф за кабана, добытого браконьерским способом, был 50-60 тыс.грн., количество случаев браконьерства в стране, как минимум, сократилось. Кроме того, это способствовало бы развитию охотхозяйств, поскольку эти средства, согласно действующему законодательству, получали бы охотпользователи”, — поясняет г-н Шеремет.

Охотпользователи могли бы направить полученные средства на повышение зарплат егерской службе, оснащение егерей, улучшение кормовой базы для животных, покупку животных и т.д. Все это способствовало бы увеличению численности животных. К слову, по оценкам экспертов, в Украине насчитывается около 240 тыс. охотничьих копытных, а в Германии примерно такое количество копытных ежегодно гибнет на дорогах. При этом в Украине ежегодно отстреливают около 20 тыс. копытных, в Германии — более 1 млн.

Охотпользователи недовольны также существованием карточки-вкладыша в охотничьих билетах. “Это бумажка, которая выдается ежегодно. В нее теоретически вносятся все нарушения, но нарушил охотник закон или нет, определяет суд, соответственно, в ней, как правило, отметок нет. Охотник может сказать, что потерял вкладыш”, — говорит г-н Шуляр. По его словам, данные этих вкладышей не анализируются Гослесагентством.

Причем зачастую охотник должен ехать за вкладышем в областной центр. “Зачем мурыжить людей? Мы предлагаем убрать этот вкладыш. Есть отстрелочные карточки, протоколы, чтобы учитывать нарушения и браконьеров”, — считает г-н Шуляр. Иван Шеремет утверждает, что этот вопрос поднимался на коллегии Гослесагентства, и они искали возможные пути упрощения процедуры.

Кроме того, нужны изменения в системе платы за добываемых животных. Охотхозяйства платят за природный ресурс, приобретая лицензии. Бланк лицензии на отстрел кабана стоит 600 грн., оленя — 1 тыс.грн.

При этом лицензии выкупаются до начала охоты. “Мы платим за бланки? Какая их себестоимость? Мы готовы платить за природный ресурс, а не за бланки. Ничего не заработав, нужно где-то взять достаточно большую сумму: 50 лицензий на отстрел кабана — это 30 тыс.грн.”, — рассказывает охотпользователь, пожелавший остаться неназванным.

Чтобы как-то сэкономить, охотпользователи приобретают лицензии частями — взял десять, потом еще докупил, что не облегчает деятельность охотхозяйств. “Здесь нужен другой подход. Мы платим за лимитированные виды, следовательно, часть средств должна возвращаться охотпользователю на природоохранные мероприятия”, — настаивает г-н Шуляр.

Середа Елена

Залишити відповідь